К основному контенту

Крутые времена требуют крутых мер или как английское право пало под тяжестью бункерного топлива

Английский язык - это язык исключений. И словно следуя пословице "яблоко от яблони далеко не падает", английское право также полно исключений. И тому доказательство - различные прецеденты, возникающие в ходе судебных разбирательств и меняющие ландшафт, казалось бы незыблемых, правовых истин английского права. 

Одной такой правовой истиной, которой пришлось пожертвовать в угоду экономическим интересам участников торговых отношений, стала доктрина договорной связи (privity of contract). Причиной этому стало банальное желание кредиторов вернуть свои деньги во что бы то ни стало. Этим "во что бы то ни стало" стало требование о погашении долга у лица, которое не являлось стороной по договору. Это и стало нарушением принципа договорной связи, которое строго запрещает требовать от лица выполнения обязательств, которое оно не брало на себя. 

Конечно же, доктрина договорной связи имеет свои исключения, но настоящее нарушение не числилось среди этих исключений. Да и вообще, является ли это исключением или же новой доктриной конкурирующей с доктриной договорной связи? Могут ли две конкурирующие и противоречащие доктрины сосуществовать и повсеместно применяться на практике? На эти и другие вопросы, я попытаюсь ответить в настоящей заметке. 

Закат и падение бункерной империи 

В 2014 году, крупнейший и самый известный датский поставщик бункерного топлива, OW Bunker AS обанкротился вследствие некоторых биржевых махинаций. Все бы хорошо, но вместе с OW обанкротились все аффилированные с ней компании по всему миру. И их было по одному почти в каждой крупной морской державе и регионе, за исключением России. 

Банкротство этого поставщика повлекло за собой многочисленные судебные разбирательства (почти 50) по всему миру, в двух из которых "посчастливилось" поучаствовать вашему покорному слуге. 

Прежде чем продолжить, давайте я вам кратко расскажу, как английские суды решали до этого такого рода споры. 

История бункерной юриспруденции 

Английская судебная практика в сфере бункерных споров непоследовательна и нелогична. Тем не менее, мы можем наблюдать определенный алгоритм в решениях судов и суждениях судей, которые немного несуразно подходили к разрешению такого рода вопросов. Даже самый известный авторитет в бункерном праве, а ныне арбитр, который разрешает споры, связанные с OW, Тревор Харрисон, писал и высказывался довольно неуверенно и сумбурно в отношении, казалось бы, уже утвердившихся прецедентов, установленных в делах, которые разбирались в английских судах. Я не знаю каково мнение Харрисона сейчас, но в книге, выпущенной до распада OW, он однозначно был против требований долга вразрез доктрины договорной связи. Сам Харрисон, будучи правовым шовинистом, считает, что английское право лучше всех разбирается в специфике бункерного права, с чем я частично согласен. Но при этом Харрисон упускает один момент: почему английское право не может последовательно уместить бункерное право среди своих доктрин.

И вы сейчас поймете о чем я. 

Чьё топливо? 

Одно из первых дел по бункерному праву разбиралось сравнительно недавно, в 1981 году. Это дело более известно как The Silia [1981] 2 Lloyd’sRep. 534. Оно касалось публичных торгов судна, владелец которого обанкротился.

Причем тут бункерное топливо вы скажете?

Дело в том, что при принудительной продаже судна бывшие фрахтователи судна заявили свои права на бункерное топливо, находящееся на судне, на том основании, что топливо не может состоять в конкурсной массе, а должно рассматриваться чисто как коммерческое имущество судна. 

Суд, однако, категорично заявил, что понятие «судна» охватывает все имущество, находящееся на судне, кроме того имущества, которое принадлежит лицу, не являющемуся владельцем судна. Это, в принципе, утешительный прогноз для тех, кто имеет право собственности на топливо, находящееся на судне, но вопрос встал о том, кто первый получит деньги, владелец топлива или же залогодержатель. 

Кто владелец судна? 

В 1983 году, история The Sillia почти повторилась в деле более известном как Span Terza [1984] 119. Дело в том, что когда фрахтователи судно Span Terza арендовали судно, один из кредиторов арестовал судно и выставил на публичную продажу. Для того, чтобы хотя бы вернуть деньги за топливо, фрахтователь заявил, что он являлся фактическим владельцем судно во время ареста и по этой причине имеет право на топливо, находящееся на судне. 

Палата Лордов, куда этот спор дошел, вынесла решение в пользу фрахтователей, отметив при этом, что «по условиям договора чартерпарти, бункерное топливо, находящееся на судне Span Terza все это время являлось собственностью фрахтователей, а судовладельцы владели топливом в качестве ответственных хранителей». 

Прецедент по этому делу подтвердил предыдущий прецедент и закрепил главное правило, что владеющий бункерным топливом имеет право требовать его возмещения при принудительной продаже судна. 

Переходящее топливо 

Дело Forsythe International (UK) Ltd. v. Silver Shipping Co. Ltd. and Petroglobe Internatinal Ltd. [1993] Lloyds’ Rep. 268, более известное как The Saetta заложило фундамент будущей революции, которое бункерная юриспруденция должна будет пережить через 20 лет. 

Что же такого знаменательного было в этом деле?

Дело в том, что поставщик потребовал на основании условия о сохранении права собственности (retention of title) или (коротко ROT) над топливом от судовладельца, после того, как тот расторгнул договор чартерпарти с фрахтователем. Причина того, почему поставщик обратился за оплатой к судовладельцу, а не фрахтователю, заключалась в неоплате за поставленное топливо со стороны фрахтователя. Фрахтователь также не заплатил за аренду судна судовладельцу и тот расторгнул договор с ним. 

На суде, судовладелец заявил, что был осведомлен о том, что фрахтователь не заплатил за топливо, но при этом не знал, что в договоре имелось условие о сохранении собственности над топливом. 

Суд постановил, что (i) когда договор чартерпарти был расторгнут, топливо перешло от фрахтователя к владельцу и владелец должен был заплатить фрахтователю за топливо; (ii) так как топливо не принадлежало фрахтователям, то судовладельцы были виноваты в неправомерной конверсии топлива; и (iii) поэтому поставщик имел право требовать оплаты от судовладельца в силу сохранения право собственности над этим топливом. 

Согласие судовладельца 

Следующее в очереди дело стало знаменательным, потому что поставщик требовал оплаты не на основании права собственности на топливо, а на основании наличия договорной связи между поставщиком и судовладельцем, проходя мимо через фрахтователя. 

Дело более известное как Юта Бондаровская (The Yuta Bondarovskaya [1998] 2 Lloyd’sRep 357), стало ущербным для поставщика бункерного топлива. В настоящем деле, поставщик пытался убедить суд, что судовладелец обязался по договору оплатить поставленное на судно, которое было арендовано фрахтователем. Отказывая им в этом требовании, судья, однако, пошел немного по другому пути, вопреки ожиданиям. 

Логично было бы, если судья сказал, что настоящее требование нарушает доктрину договорной связи, однако судья отказал по совершенно неожиданному основанию. Он ответил, что утверждение поставщика, что фрахтователь действовал по поручению судовладельца или же то, что фрахтователи дали право судовладельцу заключить договор с поставщиком подрывает доктрину, согласно которой поставка и оплата за бункерное топливо осуществляется только фрахтователем. По мнению Харрисона, если бы поставщик составил более обоснованный и грамотный иск, то была надежда на выигрыш. 

Осведомленность поставщика 

Почти непосредственно перед делом OW Bunker Malta, в Верховном суде Англии разбиралось резонансное дело Angara Maritime Limited v. Oceanconnect UK Limited and Oceanconnect.com Inc. [2010] EWHC 619 QB.

Чем же это дело было резонансным? 

В этом деле было сделано два шага назад в отличие от шага вперед сделанное предыдущими делами. Спор как обычно был классическим: поставщик поставил топливо фрахтователю, а фрахтователь не оплатил. Вследствие этого, поставщик обратил с требованием оплаты к судовладельцу. 

В суде, иск, поданный поставщиком, был квалифицирован как иск, поданный в соответствии с пунктом 1 статьи 25 Закона Англии о Купле-Продаже Товаров 1979 г. 

Судовладельцы заявили в суде, что приобрели право собственности на топливо, будучи неосведомленными об условии сохранения права собственности на топливо, которое имелось в договоре между поставщиком и фрахтователем, и поэтому не были виноваты в конверсии топлива. Поставщики же утверждали обратное. 

В виду этого, суд установил несколько критериев, которые были необходимы для определения правомочности требований поставщика. 

1) Приобрели ли лица, которые купили или согласились купить топливо, т.е. фрахтователи, право владения над топливом с согласия продавца? 

2) Была ли осуществлена поставка по смыслу статьи 25 Закон Англии о Купле-Продаже со стороны фрахтователя судовладельцам? 

3) Получили ли судовладельцы топливо добросовестно и без упоминания залога или другого права изначального продавца в отношении топлива? 

4) Если эти три критерия были удовлетворены со стороны владельцев, что тогда означает последняя часть пункта 1 статьи 25 Закона о Купле-Продаже, которая гласит: «имеет одинаковую силу как если бы лицо осуществляющее поставку.. был торговым агентом владеющий товарами с согласия владельца? 

По первому вопросу, судья установил, что фрахтователь владел топливом, которое было поставлено на судно поставщиком, по смыслу пункта 1 статьи 25 Закона о Купле-Продаже Товаров 1979 года, и владело оно им с согласия поставщика. 

По второму вопросу, фрахтователи добровольно передали судно обратно владельцу судна в отличие от случая, когда судно было передано вследствие расторжения чартерпарти в деле The Saetta. Судья провел черту между двумя этими двумя случаями и постановил, что владение над топливом было передано добровольно и судовладелец не ответственен за такую передачу. 

По третьему вопросу, судья установил, что судовладельцы не были осведомлены об условии сохранения права собственности над топливом и о том, что фрахтователи не оплатили за бункерное топливо. По этой причине, суд постановил, что судовладельцы получили топливо добросовестно, будучи не осведомленными о правах поставщика. 

По четвертому вопросу, судья установил, что фрахтователи действовали как обычные торговые посредники или торговые агенты. По этой причине, суд постановил, что судовладельцы удовлетворили все три предыдущие критерии и таким образом успешно защитились от требований поставщика. 

Решение по настоящему делу стало полным фиаско для бункерных поставщиков. И это фиаско усугубилось бы, если бы не обанкротился OW Bunker AS, как бы это парадоксально не звучало. 

Продолжение следует…

Комментарии

Популярное

Немного об английском праве

Что есть английское право? И почему я решил открыть отдельный сайт об этой системе права? И почему именно о ней, а не о другой системе права? 
Английское право интересовало меня с того момента, как я поступил на магистратуру в Norwich Law School. И не только потому, что я учился в Англии, а также, потому что в отличие от других систем права оно является одной из совершенных систем права, которая имеет тенденцию постоянно обновляться и динамично развиваться. 
Это - правда, что свои истоки английское право берет с момента, когда Вильгельм Завоеватель начал править Англией и наложил на разрозненные графства общее право (common law). Но своей уникальностью английское право обязано судьям, которые из года в год, из века в век, выявляя недостатки в правовом регулировании, усовершенствовали эту систему права. 
Это правда, что все правовые институты в английском праве рассматриваются через призму прецедента, но законодательные акты тоже понемногу начинают понемногу атаковать и ослаблять силу…

Acceptance by conduct в английском праве

В настоящий момент я участвую в очень сложном третейском разбирательстве в LMAA (Лондонской Ассоциации Морских Арбитров) по поручению моего клиента, поставщика бункерного топлива, против крупной сингапурской судоходной компании. 
Проблемным моментом в этом процессе стало доказывание заключения договора между моим клиентом и сингапурской компанией. Дело в том, что в отличие от конвенциональных договоров, которые мы знаем и которые мы понимаем как заключенные договоры, договоры на поставку бункерного топлива работают иным образом, по другой схеме. 
В сделке по поставке бункерного топлива, сторона (часто это судоходная компания или фрахтователь) посылает запрос в бункерную компанию на поставку топлива той или иной спецификации и поставщик в своем подтверждении озвучивает свои условия. Если судовладелец или фрахтователь принимает, то он высылает свое подтверждение, а поставщик в свою очередь высылает окончательное подтверждение всех условий поставки и цену. Это и является в принципе и до…

Consideration в договорах конфиденциальности

Недавно у меня был опыт составления и подготовки договоров конфиденциальности в соответствии с английским правом. Обычно, когда звучит фраза «составить договор в соответствии с английским правом», то большинство воспринимают это как нечто невообразимо трудное. На самом же деле ничего трудного в этом нет. Все зависит от того, насколько хорошо вы знаете основные постулаты английского права и насколько эффективно применяете их на практике. 
Так вот, я получил клиентский запрос на составление договора конфиденциальности, и камнем преткновения стало понятие consideration. 
Для тех, кто не знает, что это, напомню. Consideration – это одно из трех требований к договору в английском праве, без которого договор считается не заключенным. Слово «consideration» переводится как вознаграждение, но необязательно монетарное вознаграждение. Вознаграждение может быть в любой форме, но должно быть, даже если в минимальном размере. 
И так, в договоре конфиденциальности, который я приготовил, не оказалос…